ФЭНДОМ


Bookicon 16 аккордов безумия, т. XII
ID: 0001AFB1
Book06
Вес: 1 Цена: 25 Gold Skyrim

Bookicon 16 аккордов безумия, т. XII
ID: 0008DCC8
Книга (Oblivion) 1
Вес: 1 Цена: 5 Gold Skyrim

16 аккордов безумия, т. XII (ориг. 16 Accords of Madness, v. XII) — книга в нескольких играх серии The Elder Scrolls.
Elements-icon Обобщающая статья:  «Книги (Shivering Isles)».
Elements-icon Обобщающая статья:  «Книги (Skyrim)».
Elements-icon Обобщающая статья:  «Шестнадцать аккордов безумия».

Местонахождение Править

The Elder Scrolls IV: Shivering Isles Править

The Elder Scrolls V: Skyrim Править

Апокриф, в сундуке рядом с наградой за прохождение квеста Чёрная книга: Ветры перемен (квест)

Текст Править

История Малаката

В дни, предшествовавшие основанию Орсиниума, отверженный народ орков постоянно подвергался гонениям и преследованиям ещё более лютым, чем в наше время их потомки. Поэтому многие великие орсимерские воины странствовали, устраняя любые препятствия, встававшие на пути своего народа. О многих из них помнят и поныне, среди них Проклятый Легион, Громма Безволосый и благородный Эммег гро-Кайра. Этот последний воитель стал бы поистине легендой всего Тамриэля, не привлеки он внимания определённых принцев даэдра.

Эммег гро-Кайра был сыном юной безмужней женщины, умершей при его рождении. Он был выращен шаманом своего племени, Гриликамогом, в горах, ныне называемых Нормарскими Высотами. На исходе пятнадцатого года жизни Эммег собственноручно выковал богато украшенные чешуйчатые доспехи, знак совершеннолетия в его племени. В день бури Эммег закрепил последнюю заклёпку и, надев тяжелый плащ поверх массивной брони, покинул свою деревню, чтобы никогда не вернуться. А слава о его подвигах всегда достигала дома, защищал ли он купеческие караваны от налётчиков или освобождал порабощённых зверолюдей. Вести о благородном воителе-орке были на устах даже у бретонцев, правда, зачастую тут присутствовал и оттенок страха.

Прошло около двух лет с момента достижения им совершеннолетия. Гро-Кайра как раз собирался разбить лагерь, когда тонкий голос окликнул его из сгущающихся сумерек. Странно было слышать слова родного языка, произносимые явно не орком.

«Лорд Кайра, — произнёс этот голос, — рассказы о твоих свершениях на устах у многих, достигли они и моих ушей». Вглядевшись во мрак, Эммег рассмотрел закутанную в плащ фигуру, силуэт, искажённый и эфемерный в отблесках пламени костра. По голосу он сначала решил, что с ним говорит старуха, но теперь, присмотревшись, счёл, что это скорее тощий и долговязый мужчина, хотя и не смог разглядеть других деталей.

«Возможно, — начал орк, насторожившись. — Но я не ищу славы. Кто ты?» Проигнорировав вопрос, неизвестный продолжил: «Несмотря на это, орсимер, слава сама находит тебя, и я принёс дар, достойный её». Плащ незнакомца слегка раздвинулся, приоткрыв несколько блеснувших в лунном свете пуговиц, из-под него была извлечена какая-то связка и брошена сбоку от огня между собеседниками. Эммег осторожно размотал ветошь, в которую было завёрнуто содержимое, и был поражён, обнаружив широкий изогнутый клинок с изысканно украшенной рукоятью. Оружие было тяжелым, и Эммег понял, что тщательно украшенная головка эфеса служит практической цели — для балансировки значительного веса самого клинка. Нынешний вид оружия не слишком впечатляет, решил орк, но если счистить ржавчину и вставить несколько камней взамен отсутствующих, то это будет оружие, достойное воителя вдесятеро более славного, чем он.

«Его называют Хищный Клюв, — заговорил тощий незнакомец, видя возбуждение на лице гро-Кайры. — Я выменял его на секрет и коня впридачу в более тёплых местах, чем эти. Однако в моих преклонных годах мне повезёт, если я сумею хотя бы поднять его. Будет правильно, если я передам его тебе. Владение им изменит всю твою жизнь». Преодолевая желание вновь прикоснуться к изгибу благородного клинка, Эммег переключил внимание на пришельца.

«Твои слова приятны, старик, — сказал Эммег, не скрывая подозрений. — Но я не дурак. Ты однажды уже выторговал этот клинок, и сегодня желаешь выторговать что-то за него. Чего ты хочешь?» Плечи незнакомца опустились, и Эммег был доволен, что раскрыл истинную цель странного визита. Они посидели ещё, в итоге Эммег отдал ворох мехов, горячую еду и полную пригоршню монет за необычный меч. К утру странника и след простыл.

В неделю, последовавшую за памятной встречей, так и не нашлось повода вытащить Хищный Клюв из ножен. Эммег не встретил никого в лесах, а рацион его составили дичь и маленький олень, подстреленные из лука. Он не искал битв, покой вполне устраивал его, но на седьмое утро, когда туман ещё держался под нависшими ветвями, слух Эммега уловил в лесных дебрях предательский скрип снега и треск ветвей под тяжестью чьих-то шагов.

Ноздри Эммега расширились, но он находился с наветренной стороны. Не имея возможности увидеть или учуять визитёра и зная, что ветер уже отнёс его запах и предупредил о его присутствии, орк напрягся и осторожно извлёк Клюв из ножен. Эммег сам так никогда и не осознал того, что произошло впоследствии.

Первый проблеск памяти Эммега гро-Кайры с момента извлечения Хищного Клюва из ножен запечатлел изогнутый клинок, рассекающий воздух перед ним и разбрызгивающий кровь по нетронутому снегу, пологом укрывшему землю. Вторым воспоминанием стало ощущение неистовой жажды крови, овладевшее им, но тут же он увидел свою жертву, девушку-орка на несколько лет младше его самого, её тело в рубцах отвратительных ран, способных десятикратно убить сильного мужчину.

Отвращение Эммега пересилило овладевшее им безумие: собрав всю свою волю, он разжал пальцы, сжимавшие рукоять меча, и позволил клинку отлететь прочь. С диссонирующим звоном тот прорезал воздух и утонул в сугробе. Эммег бежал прочь, сгорая от стыда и ужаса, накинув капюшон плаща, чтобы скрыть лицо от осуждающего взгляда рассветного солнца.

Всякий ужаснулся бы, придя на то место, где Эммег гро-Кайра учинил расправу над одной из себе подобных. Ниже шеи тело девушки было ободрано и изуродовано почти до неузнаваемости, а нетронутое лицо застыло в выражении непреодолимого ужаса.

Именно на этом месте Шеогорат провёл нужные ритуалы и призвал Малаката, и два лорда даэдра встретились над обезображенным телом.

Преодолев гнев, сковавший поначалу его язык, Малакат прогрохотал гортанным голосом: «Зачем ты показываешь мне это, Безумец? Тебе радостно видеть моё горе, вызванное смертью моих детей?» С этими словами покровитель орсимеров бросил на собеседника обвиняющий взгляд.

«По рождению она была твоей, брат отверженный, — начал Шеогорат, сохраняя полную серьёзность. — Но в душе она была моей дочерью. Моя печаль не меньше твоей, и мой гнев не меньше твоего».

«Я в этом не уверен, — проворчал Малакат. — Но право возмездия за это преступление принадлежит мне, точно. Я не желаю спора. Отступись». Когда устрашающий принц начал надвигаться на него, Шеогорат заговорил вновь.

«Я не встану между тобой и твоей местью. Я даже помогу тебе. У меня есть слуги в этой глуши, и я могу подсказать, где найти нашего общего врага. Я прошу лишь использовать оружие, которое выберу я. Убей преступника моим клинком и низвергни его в моё царство, где я взыщу с него своё. Здесь же право благородной мести воистину твоё».

Малакат согласился на это, принял от Шеогората широкий меч и ушёл.

Малакат возник на пути убийцы — закутанной в плащ фигуры, смутно видимой сквозь буран. Проревев проклятье столь страшное, что скрючились окружающие деревья, принц выхватил лезвие из ножен и настиг беглеца быстрее, чем дикий лис. Кипя гневом, он описал мечом дугу, отделившую голову его врага от плеч, и вонзил клинок в его грудь, выбив струи крови, оросившие красными брызгами чешуйчатую броню и тяжёлый плащ.

Задыхаясь от неожиданной ярости и стремительности собственных действий, Малакат опустился на колено, в то время как тело перед ним тяжело повалилось назад, а голова откатилась на широкий плоский камень. Следующий звук разорвал тишину подобно молнии.

«П-прости…» — просипел голос Эммега гро-Кайры. Глаза Малаката расширились, когда он взглянул на отсечённую голову с текущей изо рта кровью, но всё ещё почему-то живую. Её глаза дико вращались, пытаясь сфокусироваться на воплощении Малаката. Когда-то гордые, глаза воителя истекали слезами печали, боли, смущения и узнавания.

К своему ужасу, Малакат только теперь осознал, что убитый им был не только одним из его детей-орсимеров, но и в буквальном смысле сыном, которым он одарил девушку-орка годы назад. Невыносимо долгие мгновения двое смотрели друг на друга, подавленные и потрясённые.

Потом, бесшумный, как смазанная сталь, Шеогорат выступил на поляну. Он поднял голову Эммега гро-Кайры и положил её в маленькую серую сумку. Шеогорат извлёк Хищный Клюв из трупа и повернулся, чтобы уйти прочь. Малакат начал вставать, но вновь опустился на колени, зная, что он необратимо низверг своего собственного отпрыска в домен Шеогората, и оплакивал свою ошибку, пока хриплые мольбы его сына не затихли за замёрзшим горизонтом.

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.